Просмотров: 8961 просмотров

Степан Демура — скоро обвалится несколько крупных финансовых пирамид вместе с рублем

«Грядет кризис а-ля 2008 год, только длиться он будет не несколько месяцев, как тогда, а полтора-два года», — предупреждает экономист-аналитик Степан Демура. В интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал, почему в рушащемся мире для него надежны только наличные доллары, можно ли отсрочить новое падение цен на нефть, когда опустел резервный фонд РФ, рухнет ли китайская экономика и насколько трудно превратить биткоины в реальные деньги.

«ЗА ГОД – ПОЛТОРА НЕФТЬ ПОДЕШЕВЕЕТ ДО $12 ЗА БАРРЕЛЬ»

– Степан Геннадьевич, нефть в этом году заметно выросла в цене. На это повлияло только решение ОПЕК и России о сокращении добычи, или еще какие-то факторы сыграли свою роль?

– Говорить про рынок нефти на общечеловеческом языке трудно.

– Давайте на языке нефтетрейдеров.

– Тогда получается так: биржевой график нефти должен был нарисовать повышательную коррекцию на уровень $61-62 за баррель по техасской «легкой» нефти (сейчас чуть выше $58 за баррель – прим. ред.). Вот нефть эту коррекцию сейчас и «рисует». Почему это происходит? Фундаментальных объяснений теперь много. Начиная о курдов в Ираке, которые решили объявить о независимости и заодно сократить поставки иракской нефти на мировой рынок со своими «смешными» 600 тысячами баррелей добычи в день. Причем эту нефть покупают турки по не менее «смешным» ценам.  Заканчивая, как у нас любят говорить «геополитическими рисками на Ближнем Востоке и в Персидском заливе». И тому подобное.

На самом деле фундаментальные причины локального роста цен на нефть состоят в другом: ликвидности на глобальных рынках пока еще много, деньги дешевые. При этом нефть какое-то время была, скажем так, не очень любимым инвесторами активом, соответственно, была перепродана по отношению к остальным активам. Однако уже сейчас она перекуплена по отношению к другим рынкам.

– То есть, вы считаете, что рост цен на главный российский экспортный товар был временным, и вскоре мы увидим падение цен на нефть?

– Я не думаю, что нефтяной рынок уже показал верхи этой повышательной коррекции. Как я уже сказал, Light Sweet еще покажет 61-62, даже $63 за баррель. Но на этом отскок цен завершится, и рынки пойдут на локальные минимумы цены на нефть.

– И какие ориентиры будущей понижательной коррекции?

– Нефть подешевеет (американская Light Sweet) до $12 за баррель, вторая цель — $9.

– Настолько сильно нефть, наверное, подешевеет не за один присест. Как постепенно будет падать цена барреля?

– Я думаю, это займет год — полтора.

– На такое сильное падение нефтяных котировок повлияют чисто спекулятивные движения капитала, или есть какие-то фундаментальные факторы?

– Давайте определимся. То, что обычно называют фундаментальными факторами – это новостной шум, который к движению рынков обычно никакого отношения не имеет. Рынки живут своей жизнью. У них своя динамика, которая зависит от шальных (дешевых) денег и от настроений инвесторов. Так вот, в ближайшее время с дешевыми деньгами будут проблемы. Не потому, что банки будут поднимать кредитные ставки, а просто начнется сжатие ликвидности в глобальном масштабе, грубо говоря крах всех рынков. И соответственно, когда происходит крах всех рынков, ликвидируются все позиции во всех инвестиционных портфелях, в том числе и в привязанных к нефти. Грядет кризис а-ля 2008 год.

«КИТАЙЦЫ ВСЕГДА ТЕХНОЛОГИЧЕСКИ ОТСТАВАЛИ ОТ ЗАПАДА И ВСЕГДА БУДУТ ОТСТАВАТЬ НА 2 – 3 ПОКОЛЕНИЯ»

– В 2008-м триггером был крах американского ипотечного рынка и лопнувшего на ипотечных бумагах инвестбанка Lehman Brothers, а сейчас что станет спусковым крючком нового кризиса?

– Сейчас с таким же успехом спусковым крючком может стать Китай. Потому что это страна, которая поставила в силу нехватки прозорливости своего руководства крупнейший эксперимент в кейнсианстве за всю историю человечества. В Китае самая крупная банковская система. Там активы банков составляют порядка $53 триллионов. 30 процентов из этих активов плохие. Этого вполне достаточно для глобального кризиса.

– Так что, слишком много китайские банки кредитов предприятиям в КНР раздали?

– Да, слишком много кредитов и слишком слабая экономика в Китае. Обслуживать эти кредиты китайским компаниям и гражданам нечем. Поэтому, когда у вас все рынки готовы расти или падать, достаточно любого триггера. Все что угодно может вызвать это движение.

– Китайцы сами додумались раздуть кредитный пузырь на 50 триллионов или им кто-то подсказал?

– Китайцы – очень своеобразный народ. Не особо прозорливый и очень азартный. Они просто тупо копируют все, что в свое время делали на Западе, не особо задумываясь о последствиях. Китайская компартия сказала про рост ВВП на 8 процентов в год, они его и делают. В этой стране ударными темпами нагоняют кредитную массу. Когда вы за два квартала вкачиваете в экономику кредитов на 50 процентов ВВП, то, наверное, в Китае, что-то не так с экономикой или с Центральным банком.

– И это притом, что китайский экспорт вслед за спросом в мире на китайские товары падает…

– Да, спрос сокращается, стоимость рабочей силы в Китае выросла, причем очень сильно. Если к этому добавить логистику по транспортировке товаров, то на европейском и американском рынках они становятся все менее и менее конкурентными по сравнению с теми товарами, которые производятся, скажем, в странах Восточной Европы, а в Соединенных Штатах – на роботизированных фабриках. То есть, китайские товары в мире становятся неконкурентоспособны, а внутренний спрос в Китае развить не успели, или не смогли. Хотя Коммунистическая партия Китая всячески декларировала эту цель с 2000 года. Но если вы посмотрите на долю внутреннего спроса в ВВП Китая (по официальной статистике), то она все это время сокращается.

– Но сейчас власти КНР говорят о строительстве роботизированных фабрик в самом Китае. Это китайский ответ Западу и лично Дональду Трампу, который заставляет американские компании переносить производство обратно в Штаты?

– Китай называют «мировой фабрикой». Это так, но надо отдавать себе отчет, что есть две очень важные составляющие этого статуса КНР. Первая: китайцы всегда технологически отставали от Запада и всегда будут отставать на 2-3 поколения. Второе: они производят товар с низкой добавленной стоимостью и при этом экологически «грязный». Его производство уничтожает окружающую среду. Конечно, такое производство никто из развитых стран к себе переносить не будет. Возьмем в качестве примера айфон. Его рыночная ценав в среднем где-то $850. $10-15 оставляет себе Китай, где эти смартфоны собирают, остальное забирает Apple. Почему? Потому что у Apple высокие технологии и ноу-хау, а Китай – это просто фабрика по сборке «игрушки».

– Выхода у Китая из этой неприятной для него ситуации нет?

– Выхода нет. Тут причины в национальном характере, уровне образования, даже в генетике, а также в принципах организации китайского общества. Тоталитарные общества на креатив не способны в принципе.

«ПЕРВАЯ ВЕТКА „СЕВЕРНОГО ПОТОКА“ СТОИТ, ЗАПОЛНЕННАЯ ГАЗОМ ЛИШЬ НАПОЛОВИНУ. ЗАЧЕМ НАМ ВТОРАЯ?»

– Мировой кризис, связанный со сжатием ликвидности, о котором вы говорите – он может произойти в рамках 2018 года?

– Он начнется в 2018 году. В наступившем году рынки должны поставить исторические максимумы, затем начнется сползание в величайшую депрессию нашего времени.

– Триггером это глобального кризиса станет Китай?

– Может стать все что угодно. Может стать и Китай, а могут и мобильные или студенческие кредиты в США, пузырь которых стремительно раздувается. А еще кризис может спровоцировать банковская система Европейского Союза, которая в таком же плохом состоянии, как и российская банковская система. Это труп разлагающийся.

– Возвращаясь к рынку нефти: трудно отрицать успехи политики российского правительства, заключившего сделку с ОПЕК, поднявшую цену нефти с 40 до более чем 60 долларов за баррель Brent. Почему и далее невозможно удерживать относительно комфортную для производителей цену черного золота, вводя пониженные квоты на его добычу?

– На самом деле российская нефтяная политика – это политика не о чем. Она не сможет ни предотвратить, ни отсрочить новое падение цен на нефть. За время действия квот на добычу, нефть и падала сильно в цене, и росла. Такие вещи, как ограничение добычи некоторыми странами-экспортерами, уже давно не влияют на рынок. Он уже давно чисто спекулятивный. Например, объем торговли нефтяными фьючерсами в десятки раз превышает объемы физических поставок нефти. И потом есть сланцевая добыча в США. Там за последнее время каждую неделю ставят новый рекорд по объемам добычи нефти.

– Когда в ОПЕК и в России поймут, что мы по сути отдаем мировой рынок нефти американцам с их растущей сланцевой добычей не только нефти, но и газа?

– Боюсь, что никогда не поймут. Может, только тогда, когда вновь резко упадет цена на углеводороды, и в российском и саудовском бюджетах образуются огромные дыры.

– Насколько устойчивы сейчас американские сланцевые компании?

– У нас который год «поют» о том, что все американские сланцевые компании – банкроты, однако они живут. Мелкие компании ушли с рынка, остались крупные, которые генерируют денежный поток. Средняя себестоимость добычи сланцевой нефти в США где-то $20-25 за баррель. Эти компании сильно захеджированы по своим рискам. Они спокойно могут пересидеть падение цен на нефть и до 30, и до 20 долларов за баррель в течение полугода – года. Поэтому у них достаточно устойчивое положение.

– А логистику поставок сланцевой нефти и газа в Европу американцам наладить удалось?

– Наладили уже. В 2018 году Катар и США введут мощности по производству сжиженного газа на 180 млрд кубометров в год. В этих условиях «Газпрому» с его поставками газа в Европу придется несладко. И не только в Европу. Когда недавно Дональд Трамп был с визитом в Китае, американцы подписали контракты на поставку сжиженного газа с Аляски в Китай в огромных объемах.

– Но по цене российский газ, наверное, конкурентоспособнее американского сжиженного?

– Американский газ пусть и незначительно, но дешевле российского, даже с учетом транспортного плеча при поставках в Европу и Юго-Восточную Азию. Кроме того, китайцы протянули четыре газопровода из Средней Азии Они успешно диверсифицируют поставки топлива в целях энергетической безопасности.

– Значит правы, получается, российские власти, когда они заявляют о том, что американцы, вводя санкции конкретно против строительства российских экспортных трубопроводов, занимаются нечестной конкуренцией, прежде всего, на европейском рынке?

– Американцы действительно будут выдавливать «Газпром» с европейского рынка. Но надо четко понимать, что сжиженный газ конкурентоспособен, несмотря ни на какие политические методы давления. Американцы не будут ничего делать себе в убыток. Так что, возможное сокращение поставок российского газа за рубеж – это, прежде всего, вина менеджеров «Газпрома». Не надо здесь ничего списывать на санкции.

– Вторую ветку «Северного потока» Евросоюз под давлением американцев уже окончательно похоронил или надежда еще остается?

– Не в том проблема, кто что похоронил. У нас первая ветка «Северного потока» стоит, заполненная газом лишь наполовину. Зачем нам вторая? Для оплаты выгодных кому-то земляных работ?

– Почему в последнее время российские власти и экспортные компании перестали активно педалировать тему строительства новых трубопроводов для расширения экспорта сырья?

– Потому что уже обожглись на по сути провальных проектах с «Силой Сибири», с «Южным потоком», с «Турецким потоком». Это проекты не о чем, они закономерно проваливаются.

«ЛЮБЫЕ РОССИЙСКИЕ АКТИВЫ ТОКСИЧНЫ. ИХ НЕЛЬЗЯ  СЕЙЧАС ВООБЩЕ ТРОГАТЬ»

– В случае такого серьезного обвала цен на нефть, который вы прогнозируете, стоит ли ожидать не менее глубокого провала курса рубля? или подушка безопасности у российского ЦБ накоплена достаточная, чтобы избежать повторения декабря 2014 года?

– У наших монетарных властей нет никакой подушки безопасности, нет никакой возможности лавировать. У Минфина в Фонде национального благосостояния осталось 4 трлн рублей. Это очень мало для поддержания курса рубля. Да к тому же эти деньги нужны на погашение дефицита бюджета и Пенсионного фонда. 4 трлн в течении года проедаются на раз-два. Нам говорили, что Резервный фонд закончится в середине 2019 года.

– Уже объявлено, что он закончился аккурат под этот Новый год?

– Да, уже закончился, намного раньше срока.

– Можно прогнозировать параметры возможного снижения курса рубля?

– У рубля в ближайшее время еще должна быть попытка укрепления. Он попытается пробить «сакральный» диапазон в 56-57 рублей за доллар. Не думаю, что получится сильно выше поднять курс рубля. Но дальше неизбежно падение российской валюты. Первая цель – 97 рублей за доллар, дальше – 125 рублей за доллар и даже еще ниже.

– Это будет серьезный удар по российской экономической, да и политической стабильности. Власти очевидно постараются такого сценария не допустить…

– Спасти экономику от обвала не получится, она уже практически встала. Минимальный рост существует только на бумаге.

– Вы, как трейдер, можете сказать, какие привлекательные активы остаются в России? А то люди нервничают: куда деньги вложить? Даже банки один за другим лопаются, а застрахована лишь сумма вклада до 1,4 млн рублей.

– В России привлекательных активов нет.

– Ну, может, хотя бы недвижимость…

– Зависит от того, какая у вас валюта баланса. Если у вас с чувством реальности не все в порядке, и валюта баланса у вас — рубли, то стоимость недвижимости в рублях, может быть, и вырастет, а, может быть, и нет. Если же у вас более-менее адекватное восприятие действительность, то у вас валюта баланса – это доллары.

– А их вкладывать ни в какие российские активы, включая недвижимость, наверное, не стоит?

– Даже московская недвижимость с начала 2015 года уже в три раза упала в долларовых ценах. И будет падать дальше.

– А долговые обязательства государства, выраженные в валюте —  еврооблигации?

– Если вы хотите потерять от вложений процентов 30 — 40, то вперед. Пусть российские еврооблигации и номинированы в долларах, но их цена вполне может упасть очень сильно. Надо учесть, что сейчас многие активы находятся на своих максимумах по цене. Кстати, это касается не только российских активов. Если кто-то собирается инвестировать на этих максимумах цен, то он явно не на правильном пути. Еще раз: любые российские активы токсичны. Их нельзя сейчас вообще трогать.

«НОРМАЛЬНЫХ ЗАПАДНЫХ БАНКОВ БОЛЬШЕ НЕ ОСТАЛОСЬ. НАДЕЖНЫ ТОЛЬКО НАЛИЧНЫЕ ДОЛЛАРЫ»

– Если говорить не о российская активах, есть что-то новое на Западе, во что стоит вкладывать деньги — например, в производство электромобилей, которые грозят похоронить нефтяную экономику?

– Во-первых индустрия электромобилей пока никак не влияет на нефтяные цены. Особенно, в плане их понижения. В основном электрокары сегодня – это непонятные колымаги с китайскими моторчиками. Для их подзарядки надо сжигать больше нефти, чем сжигают обычные дизельные или бензиновые автомобили.

– Есть Tesla и другие качественные электромобили от американских и европейских разработчиков.

– Tesla на каждой машине теряет 30-35 тысяч долларов. Компания Илона Маска, не говоря уже о всех остальных производителях электромобилей, работает себе в убыток.

– Рынок, наверное, хочет завоевать на будущее.

– Нет, это просто очень неправильный и даже глупый маркетинг. Tesla – это пузырь, который скоро оставит инвесторов без последних порток.

– Еще один очень модный тренд – вложения в так называемые возобновляемые источники электроэнергии – солнечные, ветровые. Насколько это направление прибыльно в плане инвестирования?

– В принципе это энергетика будущего, но сейчас это невыгодно. Например, в Евросоюзе «чистая» энергетика дотируется из бюджетов стран-членов ЕС. Бюджеты европейских стран, в том числе, по причине увлечения «зеленой» энергетикой, трещат по швам. Обычная, углеводородная энергетика пока что более выгодна, чем экзотическая. Даже развитым странам, поскольку их бюджеты трещат по швам, придется какие-то расходы резать. Я думаю, резаться одними из первых будут как раз дотации на развитие альтернативной энергетики. А без дотаций это пока убыточная отрасль. Значит, и инвестиции в нее нельзя называть выгодными.

– Тогда на акции каких компаний стоит обратить внимание?

– В 2018 году вкладывать в акции и даже в облигации каких бы то ни было компаний — это смертельно для инвесторов.

– Не только в России?

– В любой стране.

– Тогда, наверное, золото и другие «вечные ценности» будут в наступившем году в цене?

– Доллар, прежде всего, и золото, конечно.

– А хранить их надо в западных банках?

– Нет, нормальных западных банков больше не осталось. Надежны только наличные доллары.

– Даже не американские государственные облигации?

– Можно вкладываться в гособлигации США, но только с коротким сроком обращения.

– Вы полагаете, что новый экономический кризис может сильно затронуть и американскую экономику?

– Конечно, это будет глобальный кризис, который затронет всех. Это будет как в 2008-2009 годах, только новый кризис будет длиться не несколько месяцев, как тогда, а полтора – два года.

– Обычно во время таких кризисов инвесторы убегают в защитные активы, а это, прежде всего, американские гособлигации. На это раз тоже будет так?

– Нет, инвесторы обычно никуда не убегают. У настоящих инвесторов нет своих денег, только долги. Все их активы куплены в долг. Деньги никуда не бегут во время кризиса, потому что их просто нет. Инвесторы в случае форс-мажора просто сбрасывают свои активы по любым ценам, чтобы расплатиться с долгами.

«ОСНОВНЫЕ ИНВЕСТОРЫ В БИТКОЙН – ЭТО ЯПОНСКИЕ МУЖЧИНЫ В ВОЗРАСТЕ ОТ 35 ДО 50 ЛЕТ»

– Самая популярная сейчас и не только в финансовом мире тема – это, конечно, криптовалюты. Не буду спрашивать, насколько выгодно вкладывать в них. На ваш взгляд, в принципе это правда, что можно инвестировать в непонятно что под названием «биткойн» и заработать около 1500% годовых (именно на столько подорожал биткойн за этот год)?

– Инвестировать можно во что угодно. Что касается сумасшедшей доходности биткойна, то она отображается только на экране монитора компьютера, а никак не в реальности. В реальной жизни я сильно сомневаюсь, что вы сможете вернуть даже те деньги, которые от большого ума вложили в криптовалюту. Если буквально все, вплоть до домохозяек, начинают говорить о каком-то активе, как о возможности немедленно озолотиться, это означает, что от этой темы и этого актива надо бежать как можно дальше. Биткойн надо либо шортить, то есть продавать производные инструменты, привязанные к криптовалюте, которые сейчас появились, либо бежать от этой темы, как от огня.

– Может ли какой-то актив непрерывно дорожать? График биткойна до самых последних дней 2017 года, когда произошел обвал его курса, представлял собой свечу, направленную вертикально вверх. Как такое возможно?

– Я вам по этому поводу анекдот расскажу: «Брокер, как обычно, разводит клиента и говорит ему: „Есть такая-то суперкомпания, которая с технологиями будущего завоюет весь мир“. Клиент проникся и говорит: „Ну, купи мне на 5 млн долларов акций“. Брокер купил, клиент посмотрел: оп, стоимость компании выросла на 30 процентов. Теперь он звонит брокеру: „Купи еще на 50 млн долларов“. Компания выросла в цене в 4 раза. Клиент подумал: „Нормально, сделал хороший доход“. Звонит брокеру: „Продавай“. На другом конце сначала тишина, потом вопрос: „Кому, сэр?“». Вот тоже самое и с биткойном происходит. Сейчас капитализация биткойна несколько сотен миллиардов долларов, 300 млрд, если быть точным. Вот эта капитализация была обеспечена притоком реальных денег в размере не более 10 млрд долларов.

– Откуда взялись эти 10 миллиардов, которые надули пузырь криптовалюты?

– Сначала были азартные китайцы. Сейчас основные инвесторы в биткойн – это японские мужчины в возрасте от 35 до 50 лет, которые раньше торговали контрактами на валютном рынке форекс. После этого у меня никаких вопросов к этому «активу» нет.

– На форексе эти японские мужчины погорели?

– Кто их знает. Никакой реальной статистики рынка форекс, как, впрочем, и биткойна нет. Это не просто высокоспекулятивные рынки. Они по сути неликвидны, там легче потерять все деньги, чем хоть что-то заработать. Но это объясняет, почему биткойн растет вертикально вверх. Рынок криптовалют, повторю, очень неликвидный. Это первое. Второе: сейчас очень много проблем с криптовалютными биржами, где, собственно, и можно купить — продать биткойн. Только что всплыла кверху брюхом крупнейшая биткойн-биржа в Южной Корее. Именно поэтому на экране монитора у вас может быть любая прибыль в тысячи процентов годовых, но попробуйте этот компьютерный код превратить в реальные деньги!

– Криптобиржи почему-то не показывают ни объемов дневных торгов, ни вообще какой бы то ни было статистики, только курс самой криптовалюты, который неизвестно как формируется. Это как понимать?

– Это также, как на «кухне» форекса, где тоже показывают только курс, скажем, доллара. Угадали вы его – заработали, не угадали – потеряли. Объемы торгов такие конторы принципиально не показывают, потому что объемы очень маленькие.

– Это что же, криптобиржи просто «рисуют» цену того же биткойна, беря ее с потолка?

– Не совсем так. По этим котировкам проходят реальные сделки, но так называемые сделки-пари, по которым «бумажная» прибыль или убыток просто висит у вас на экране компьютера. Не более того.

– Получается, вся «торговля» криптовалютой сродни ставкам в казино?

– В общем, да. Это форекс-«кухня». Если вы из такой «биржи» попробуете вывести существенную сумму реальных денег, вам, во-первых, никто ее не отдаст, а во-вторых, если отдаст, то «биржа» тут же разорится.

– Все криптобиржи и криптокошельки таким же образом устроены?

– Смотрите, у вас что-то есть на этом криптокошельке. Оно в теории стоит столько-то долларов. Вы хотите это продать, значит, вам нужно найти покупателя. Это первое. Хорошо, предположим, покупателя вы нашли. Но тут возникает вопрос, а как вам реальные деньги за биткойны получить. Вот в чем проблема. У меня вопрос к основателям всех этих криптокошельков: вы мне объясните, как я увижу свои деньги, если никаких их следов, документально зафиксированных в легальной финансовой системе, нет и в помине. Мне же просто скажут, когда я на бумаге продам биткойны, до свидания, ничего не знаем. Только что, правда, фьючерсы на биткойн появились, которые по крайней мере торгуются на регулируемых государством площадках. Единственный способ попытаться заработать на криптовалюте – торговать через них.

– Вы сами поиграть на биткойне не пробовали?

– Нет, я уже человек старый и люблю спать спокойно. Зачем мне такие экстремальные эмоции, когда я спокойно могу зарабатывать деньги на легальных рынках.

– Основатель «ВКонтакте» и Telegram Павел Дуров признался, что купил немного биткойнов, которые стоят теперь 35 млн долларов. Правда, не говорит, может ли он их продать и купить что-то полезное…

– Говорить можно много чего. Я, когда изучил этот вопрос, понял, что биткойн — не просто финансовая пирамида, а, скорее, банальная афера. Мне никогда в таких вещах не везло, чего лишний раз испытывать судьбу.

– Может так называем майнинг, то есть добыча криптовалюты – более надежный способ заработка?

– Это более приземленная вещь, но майнинг становится все дороже и дороже. Какое-то время можно быть в прибыли, но потом любое резкое колебание на криптобирже и все, вы в убытке из-за огромных расходов на электроэнергию и графические процессоры, необходимые для майнинга.

– А проблем с тем, как продать добытый биткойн нет?

– Его у вас купят, хотя тоже есть вопрос, как из криптовалютной системы вывести реальные деньги. Еще раз – это лохотрон. Мавроди локти себе кусает, что такую золотую жилу первым не открыл. На самом деле это было уже много раз в истории: американские доткомы 1990-е, тюльпаны в Голландии в XVII веке, это были серебро, золото, нефть, которая приблизилась к цене в 150 долларов за баррель, а потом камнем вниз летела. Графики всех этих финансовых лихорадок даже идентичны, если смотреть на сопоставимых отрезках времени. Конец всегда один. Разница с биткойном в том, что на той же нефти и даже тюльпанах можно было хорошо заработать и вывести деньги, поскольку все это делалось через легальные биржи. В случае с биткойном еще накладывается тот фактор, что ваша «бумажная» прибыль легко может до вас не дойти, а потеряться по дороге. Так называемые инновации с новыми активами, которые переживают вертикальный рост, всегда происходили перед крахом такого актива. Сейчас уже Налоговое управление США добралось до всех этих криптокошельков. Никакой анонимности в мире криптовалют скоро не останется.

– Депутаты Европарламента закон примут вскоре о регистрации всех владельцев биткойнов…

– Конечно, все зарегулируют. Если вам нужны острые ощущения, на солидной Нью-Йоркской бирже торгуется куча бросовых акций с такой же «ликвидностью» как у биткойна. Называется это – «акции с микрокапитализацией». Они за час позволяют увеличить вложения в 3-4 раза и столько же потерять. Торгуйте ими на здоровье. Все легально, просто, деньги свои, которые останутся, вы выведете, а адреналина столько же.

– Значит «цифровому золоту», которым называют биткойн, вы предпочитает обычный желтый металл?

– Безусловно. Золото в ближайшее время может немного подешеветь, но затем начнет расти в цене. Потому что золото – это реальные деньги. Как бы нас не убеждали в обратном. Золото всегда было деньгами, деньгами и останется. Что же касается «цифрового золота», то приходится признать, что интернет – это, по большому счету, зло. Потому что 3 миллиарда ничего не смыслящих в экономике людей получили возможность изливать свои финансовые фантазии на публику. Они накупили бросовых активов и по определению должны доказывать с пеной у рта, что биткойн и все прочее барахло должно расти в цене. И будут это доказывать, пока их банковский счет не обнулится.

– Насколько серьезен феномен программистов и математиков, которые вдруг решили создать свой, альтернативный финансовый мир, со своей валютой и активами?

– Никто на самом деле ничего не создавал. Биткойн – это самое глупое и бесполезное применение нормальной технологии блокчейн. Оно самое медленное и самое неэффективное. Просто на рынках сейчас мания. И не только по поводу биткойна и других криптовалют. Возьмите акции Amazon, которые растут в цене как на дрожжах и выводят Джеффа Безоса на первые строчки в рейтинге Forbes. В реальности это убыточная компания, которая гроша ломанного не стоит. Amazon вообще не генерирует прибыль, а капитализация у нее больше 500 млрд долларов. Это следствие дешевых денег, которыми центробанки США, Евросоюза и Японии тушили прошлый мировой кризис и которых пока много.

– То есть, денег на то, чтобы едва ли не каждый человек провел ICO и завел собственную криптовалюту еще хватит?

– Вспомните пузырь интернет-компаний в конце 1990-х. Если у вашей конторы есть окончание .com, то вам гарантировано прекрасное размещение на бирже. А что было потом? Сейчас мы видим тоже самое с криптовалютами. Механизм развития финансовой мании не меняется столетиями. Ликвидность биткойна ничтожна. 100 млн долларов могут двинуть котировки криптовалюты в два раза в любую сторону. Ну, а дураки должны учиться на собственных ошибках, пусть учатся!

Степан Демура — российский экономист, выпускник МФТИ с красным дипломом (1993), доктор философии по прикладной математике в Университете Чикаго (США). 12 лет работал в финансовых структурах США трейдером и финансовым инженером, 7 лет преподавал в Школе бизнеса Чикагского университета. С 2004 года работает на российском фондовом рынке в Москве. Бывший обозреватель и ведущий телеканала РБК и радио Finam FM.
Родился в 1967 году в Москве.
Начинал как разработчик торговых систем.
1996 — возглавлял исследования в компании Sheridan Investments LLC, Чикаго (США).
2001 — консультант в компании Efficient Portfolio Management LLC, Чикаго (США).
Впервые прославился точными предсказаниями мирового кризиса 2008 года, сделанными за несколько лет до его начала, также предсказал нынешний российский кризис.

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *