Просмотров: 2031 просмотров

“Надеюсь, доживу до выборов…”

Это случилось в Ишимбае 15 января, сообщает сайт “Идель.Реалии”.Видеокамера на одном из домов, расположенных на центральной площади, перед мэрией, бесстрастно зафиксировала, как мужчина вышел на открытое пространство, расстелил коврик, не торопясь разделся, сел. По площади шли люди, неподалеку дворник очищал от снега ступени невысокой лестницы. Мужчина тем временем вылил на себя из бутылочки какую-то жидкость – и вспыхнул. Находившихся поблизости людей, вероятно, охватил ступор от такого зрелища. Через несколько секунд к горевшему как факел мужчине подбежало несколько человек, которые забросали его снегом и потушили огонь.

Под видеозапись они успели спросить мужчину, кто он такой и почему это сделал. Мужчина назвал себя – “Дмитрий Рудов”, сказал точный адрес, где он живет в Ишимбае, дал и адрес, фамилию и имя своей сестры, проживающей поблизости в Стерлитамаке, успел также объяснить, что страдает тяжелой болезнью – подагрой, с мучительными болями, и ни от кого не может добиться помощи. Вслед за этим на подоспевшей скорой Рудов был увезен в центральную районную больницу Ишимбая. Врачи зафиксировали у него ожоги 85% кожного покрова, а также резаную рану брюшной полости.

В этот же день стало известно, что Рудов ранее работал инженером-электронщиком на объединении “Газпром нефтехим Салават”, был уволен и последние месяцы судился с бывшим работодателем, пытаясь восстановиться в должности.

Вечером того же дня Дмитрий Рудов умер.

На похороны, которые состоялись через два дня, пришло не так много народу, хотя накануне, в бурливших от шока и сопереживаний ишимбайских соцсетях, такое желание выражали многие. Проводить Дмитрия в последний путь пришли родственники, соседи по дому, несколько бывших однокашников по школе и приятели из городского шахматно-шашечного клуба, членом которого состоял погибший. На небольшом окраинном кладбище Дмитрию Рудову нашлось место рядом с его родителями.

Город застыл в шоке

Для маленького Ишимбая это событие стало чрезвычайным. Люди были шокированы произошедшим. Соцсети мигом наполнились различными версиями, гневными обвинениями в адрес властей, медиков, администрации комбината, сочувствием родным и друзьям погибшего. Последние до сих пор находятся в горестном недоумении и вспоминают Дмитрия только теплыми словами.

Стремился отстаивать справедливость

– Мы с ним были знакомы с первого класса, вместе учились по девятый, в нашей 2-й школе, – говорит Сергей, бывший одноклассник Рудова. – Он был очень общительным, увлекающимся. Очень плотно занимался шахматами, любил рыбалку. Одним словом, на месте не сидел. Импульсивным был – вот это да. Вроде бы так спокойный нормальный человек, но вот в какой-то момент, когда что-то его задевало, он слишком бурно реагировал. Наверное, и в этот раз поддался эмоциям…

– Спокойным он парнем был, адекватным, – подтверждает Надежда Владыкина, подруга сестры Дмитрия. – Конечно, любил отстаивать свою точку зрения, вообще стремился отстаивать справедливость. Не любил, когда обижают слабых.

– Хороший мальчишка был, – рассказывает соседка по дому Мария Александровна. – Тут уже намекают, что он в психушке лежал, что пил – так это неправда! Практически, вся его жизнь прошла на моих глазах – я была его соседкой с 1985 года, жила как раз над ними. Он не пил, не курил, не употреблял нецензурщину. Да, у него было очень мало друзей, он был по натуре одиночкой. С дворовыми ребятами, с соседями мало общался. Дед один у нас в доме был – он вот с ним в шахматы играл постоянно, вот и весь его круг общения.

Роковой год

Роковым для Дмитрия стал прошедший, 2017 год. Беды на него обрушились прямо с января – в том месяце от рака умерла мама, Наталья Рудова, которой было всего 60 лет. Отец, Виктор Рудов, скончался еще в 2012 году.

– Смерть матери его сильно подкосила, – говорит Сергей, бывший одноклассник Дмитрия. – Мама его любила очень сильно, у них были очень доверительные отношения. Может, именно это и послужило каким-то толчком для всей дальнейших драм.

Он очень сильно переживал смерть мамы

– Он очень сильно переживал смерть мамы, для него это была прямо потеря из потерь, – подтверждает сестра, Ольга Рудова.

Через месяц после смерти матери Дмитрий Рудов попадает в аварию на своей автомашине. Примерно в это же время начинаются неприятности в семье. И тут же у него происходит первое тяжелое обострение его болезни – подагры. По словам сестры, обнаружилась эта болезнь у него почти случайно – в 2016 году он получил травму, она долго не заживала. При помощи дополнительных исследований врачи диагностировали подагру. Стрессовые ситуации начала прошлого года спровоцировали серьезные осложнения.

Рудов начинает всё чаще выходить на больничный. Администрация работодателя предупреждает его о возможном сокращении, но он, по его словам, не воспринимает это всерьез, поскольку сокращения на предприятии проводятся регулярно, он же – высококвалифицированный специалист, у него на иждивении двое малолетних детей. К тому же в скором времени Рудову предстоит пройти медицинское освидетельствование для решения вопроса о его инвалидности.

Несмотря на то что он находится на больничном, 24 марта его увольняют по сокращению штатов

Тем не менее, несмотря на то что он находится на больничном, 24 марта его увольняют по сокращению штатов. Рудов обжалует увольнение в городском суде Ишимбая и в начале августа добивается его отмены. Суд указывает восстановить его на работе и выплатить компенсацию за моральный вред в размере 30 тысяч рублей, а также пособие по временной нетрудоспособности с момента увольнения. Рудов приступает к работе, но, решив, что администрация не торопится с выплатами, заявляет, что не будет исполнять свои обязанности до тех пор, пока не получит все компенсации, определенные решением суда. Его вновь увольняют – на этот раз с формулировкой “прогулы”. Все попытки Рудова обжаловать это решение безуспешны – на этот раз ему отказывают и в городском суде, и в Верховном суде республики.

В начале осени происходит развод Дмитрия с женой, которая уходит жить к матери, забрав с собой детей. Вслед за этими событиями следует новое, судя по всему, тяжелейшее обострение болезни.

– В ту осень он у меня постоянно просил обезболивающие лекарства, – рассказывает его сестра Ольга. – Каждый наш разговор по телефону начинался с вопроса – когда приедешь, когда привезешь таблетки? Он стал терять сознание от болей. Где-то в конце октября или начале ноября он меня очень сильно напугал – мы с ним разговаривали-разговаривали по телефону, вдруг он говорит: что-то мне, Оля, плохо, – и тишина. Я сразу же поехала к нему, стучала-стучала в дверь, достучалась, он открывает, говорит – опять потерял сознание.

Написал Путину – ни ответа, ни привета

– 27 декабря я его встретила в поликлинике, поразилась, как он выглядел, как он похудел – а ведь был полноватый, жизнерадостный, красивый, – вспоминает соседка Мария Александровна. – Я его спросила, как дела – он говорит, плохо! Голос у него был дрожащий, слезы на глазах. У меня, говорит, сил нет ходить, у меня всё болит. Несколько раз лежал без сознания, очнулся – не знаю, сколько дней пролежал. Кушать нечего, денег не платят, с работы уволили. Нигде не могу правды найти, меня все отфутболивают. Жена не дает с детьми общаться. Написал Путину – не ответа, ни привета. Я выйду на площадь, себя оболью бензином и сожгу себя.

“Вы наверно слышали а самой ужасной пытки когда медленно суют иголки под ногти , так делали фашисты ,так вот у мен болезнь аристократов не излечимая (подагра) , она по разному проявляется у людей “благородной крови” у гениев ,так вот у меня ужасно медленно растут шишки на ногах на больших пальцах прям под ногтями, отрывая ногти принося огромную боль , причем я не можешь наступить на ноги , я весил 105 кг теперь уже 75 кг а это после проявления болезни год не прошел… Сейчас за последний месяц теряю сознания на 2-3 дня от боли даже сил в больницу обратится нет, хотя идти до не меньше 500-600 метров . в Москву сил не было ехать на комиссию…”

(Из письма Дмитрия Рудова президенту России Владимиру Путину; орфография автора сохранена).

За последние месяцы 2017 года Дмитрий Рудов обходил много инстанций, прося о помощи. В своей больнице и поликлинике он добивался присвоения ему статуса инвалида и выдачи бесплатных лекарств. Ходил в местную приемную партии “Единая Россия”, в которой он состоял, – просил помочь ему с адвокатом в тяжбах с бывшим работодателем.

– У него уже не было денег ни на лекарства, ни на суды, ни на поездки в Уфу, чтобы решать вопросы со своей инвалидностью, – говорит Ольга Рудова. – Наоборот, накопились долги адвокатам. В Уфе, по его словам, ему насчет инвалидности заявили, что он “слишком мало болеет” этой болезнью, что пока у него еще “мало приступов”, и вообще, ему для решения этого вопроса необходимо ехать в Москву. И ему не только не дали инвалидность, но даже на учет, как он говорил, не поставили. С выдачей бесплатных лекарств тоже отказали, хотя он получал заверения врачей, что ему эти лекарства положены.

Место трагедии. Вдали – мэрия Ишимбая

Место трагедии. Вдали – мэрия Ишимбая

В конце декабря Рудов написал письмо Владимиру Путину, где подробно изложил историю своих мытарств. “Надеюсь, я доживу до ваших выборов, без лекарств”, – завершил Дмитрий свое обращение к президенту.

Никто не знает, когда именно он окончательно принял роковое решение. Похоже, что, несмотря на подаваемые им “сигналы”, никто не воспринимал его намерения всерьез, думали, что всё обойдется.

Все двери перед ним закрыли

– За день до этого я где-то в течение получаса разговаривал с ним по телефону, – вспоминает пенсионер Ринат, знавший Дмитрия по шахматному клубу. – Он буквально излил мне душу, жалуясь на свою жизнь. Рассказывал, что ему не дают инвалидность, что главврач поликлиники, куда он ходит, отказал ему в бесплатной выдаче лекарств. Скорая, говорит, ко мне приезжает на дом, делает укол и уезжает. Чуть становится легче, но потом я теряю сознание от боли, прихожу в себя, опять звоню… И он сказал мне так – мне только остается идти на площадь и сжечь себя. И когда это произошло, я вспомнил, что он уже такое говорил.

– Все двери перед ним закрыли. Я проанализировала – мне кажется, что когда вот последнюю дверь ему не открыли, он начал готовиться к этому осознанно, – считает подруга сестры Надежда Владыкина.

– В тот день я почувствовала – что-то с ним случилось! – говорит Ольга Рудова. – Думала, он опять сознание потерял. Мне никто ничего не сообщал, хотя потом выяснилось, меня уже искали. Быстро собралась, поехала в Ишимбай. Ехала к нему живому. И только когда подъезжала к городу, мне позвонила знакомая продавщица из магазина, сказала, что от нее он направился к администрации, и от него сильно пахло бензином. И чуть позже мне сказали, что всё уже произошло…

“Он оставил нам нерасшифрованную загадку”

– Дима играл в шахматы в классической манере, не дергался, не нервничал. Ни с кем особо не спорил. Хорошо играл, был перворазрядником, мог бы и кандидатом в мастера спорта стать…

Мы сидим в крохотной комнате ишимбайского шахматно-шашечного клуба, из окна которого видна та самая площадь, на которой произошла трагедия. Этот клуб долгие годы был одним из немногих мест, где Дмитрий Рудов мог отвести душу, встречаясь с приятелями и занимаясь любимой игрой. Со дня трагедии здесь не стихают разговоры о случившемся.

Сейчас пытаются изобразить, что он якобы “больной на голову” был. Ерунда всё это

– Нормальный вполне был парень, – говорит пенсионер Владимир Комкин. – Я давно его знал. У нас на заводе он делал диплом, мы ему немного помогли, и с тех пор я следил за его ростом. Он женился, машину купил, дети пошли… Работал на комбинате, и вот там что-то у него в последнее время не заладилось. Конфликты с начальством начались… Думаю, вот оттуда всё пошло, эти события расшатали его здоровье. К нам он стал реже ходить – а лучше бы ходил, мы бы ему помогли. Сейчас пытаются изобразить, что он якобы “больной на голову” был. Ерунда всё это, мы же хорошо его знали. Просто он вошел, как говорится, в пике, попал в трудную жизненную ситуацию, запаниковал – и не нашел выхода…

Дмитрий Рудов в шахматном клубе, третий справа

Дмитрий Рудов в шахматном клубе, третий справа

В прошлом году трехлетнему мальчику, когда делали клизму, влили вместо воды аммиак

– У него такой огромный клубок проблем нарос, который еще усугубился постоянными болевыми ощущениями, – поддерживает еще одни шахматист, пенсионер Виктор Соломко. – Он как выброшенный остался, нигде не нашел помощи. Да, он сюда иногда приходил, чувствовал здесь какую-то поддержку, какое-то тепло, но ведь это, так сказать, мгновенное тепло, оно раз – и прошло. Не тепло, которое питает человека глубинно и постоянно, как вот семья. А он очень переживал, тосковал по семье, рассказывали, что он приходил к детскому саду и из-за забора часами смотрел на своих детей…

– В таких маленьких городах, как у нас, простому человеку очень трудно найти взаимопонимание во всех этих властных инстанциях, которые он обегал в поисках помощи, – замечает Владимир Комкин. – Трудно найти хорошего адвоката. Но меня возмущает больше всего позорное отношение комбината к своему работнику. Ведь они могли его перевести на менее трудную работу. А они его взяли и выкинули через суд.

– Дмитрий оставил нам вот такую загадку, нерасшифрованное требование, – вдруг заявляет Виктор Соломко. – Нам всем надо вникнуть в эту трагедию. Когда на нее чуть глубже посмотришь, выясняются закономерности, болезни нашего общества, которое способно вот так отвергнуть человека, и он, оставшись без поддержки, совершает такой поступок. Он не хотел умереть в одиночку, по-тихому, он оставил нам вопрос смысла существования в этом обществе.

Разговаривая, пенсионеры продолжают сражаться за шахматной доской. Резкий стук о доску переставляемых фигур, удар по кнопке шахматных часов. Десять-пятнадцать минут, и партия кончена.

“Он не к себе хотел привлечь внимание”

За последние четыре дня ни один из представителей республиканских и городских властей никак не прокомментировал случившееся в Ишимбае. Не было выражено публично ни слова соболезнования, ни намерений помочь. Разве что в “Единой России” заявили, что окажут помощь семье погибшего, но при этом заметили, что Дмитрий Рудов при жизни не обращался в партийные приемные. В компании же “Газпром нефтехим Салават” сухо и коротко заметили, что суды подтвердили их правоту и увольнение Рудова было законным.

Комментарии ведомств, ответственных за расследование трагедии, подробностями и “излишними эмоциями” также не отличались. В министерстве здравоохранения республики “Idel.Реалиям” заявили, что “в течение жизни пациенту оказывалась необходимая медицинская помощь согласно Программе государственных гарантий, в соответствии с порядками и стандартами оказания медицинской помощи”. В ведомстве также подтвердили, что Рудов “направлялся на освидетельствование в бюро медико-социальной экспертизы, решением которой инвалидом не признан”. Газете “Коммерсант-Башкортостан” в ведомстве сообщили, что после случившегося будет проведена проверка учреждений здравоохранения Ишимбая. От других комментариев в Минздраве отказались, сославшись на то, что по делу “работают следственные органы”. 

В следственном управлении СКР по Башкортостану уже 15 января было возбуждено уголовное дело по статье 110 УК РФ “Доведение до самоубийства”. В последующие дни было принято решение провести посмертную комплексную психолого-психиатрическую судебную экспертизу.

У нас половина города может себя поджигать

– Следствием в рамках этой экспертизы будут опрошены родственники и знакомые погибшего, будут проверены все обстоятельства, которые могли повлечь за собой поступок Рудова. Судебно-медицинская же экспертиза была проведена сразу после смерти погибшего, ее результаты будут готовы через месяц, – сообщили “Idel.Реалиям” в следственном управлении.

Жители же Ишимбая тем временем подписывают размещенную на портале change.org петицию, в которой требуют привлечь к ответственности всех, кто может быть каким-то образом виновен в трагедии. На момент подготовки материала петицию подписало около 1400 человек.

Горожане также продолжают оставлять такие комментарии в соцсетях:

“У нас половина города может себя поджигать, после того, как не смогло вернуть себе зарплату ни в ПНГО,ни на Машзаводе. Прокуратура, суды и бездельники приставы – это фикция, подобие власти. И выборы фикция”.

“Это Россия. Посмотрите, как люди унижаются, сидя в очередях к врачам, как просят справки, рецепты! Самое страшное, что пока очередь дойдет, помощь может уже не понадобиться”.

– У нас ведь это не первая ситуация, когда из-за неквалифицированной медицинской помощи или вообще из-за ее отсутствия страдают люди, – говорит Надежда Владыкина. – В прошлом году трехлетнему мальчику, когда делали клизму, влили вместо воды аммиак, всё внутри сожгли! Наш городской роддом находится в ужасном состоянии, вы не представляете, в каких условиях там рожают женщины. Поэтому, я думаю, Дмитрий не к себе хотел внимание привлечь – он хотел, чтобы все обратили внимание на ситуацию в нашей медицине. Он кричал именно об этом.

Радио Свобода

Leave a Reply