Просмотров: 894 просмотров

Статистика не отображает реального роста цен. Инфляцию занижают, чтобы не повышать пенсии, пособия, зарплат бюджетников и т.д.

В правительственные отчеты и документы, включая бюджетные проектировки, закладываются искаженные показатели инфляции. Речь идет о показателе «декабрь к декабрю», который сильно отличается от среднегодовой динамики цен, причем, как правило, в меньшую сторону. От этого искаженного показателя в стране зависит многое: индексация пенсий, пособий, зарплат бюджетников и т.д.

Годовая инфляция в январе составила 2,2% – на столько выросли цены по отношению к январю 2017-го. Однако это не совсем точный показатель. Как сообщил вчера Центробанк (ЦБ) в докладе о динамике потребительских цен, «среднегодовая скользящая инфляция» составила в январе 3,5%.

Речь идет об изменении среднего уровня цен за последние 12 месяцев по отношению к среднему уровню цен за предыдущие 12 месяцев.

То же самое касается итогов 2017-го. В прошлом году инфляция была рекордно низкой, но не настолько, как принято говорить. Чиновники упоминают показатель «декабрь к декабрю», который составил в 2017-м 2,5%. Однако в целом в 2017 году по сравнению с 2016-м инфляция достигала 3,7%. Разница между двумя показателями примерно в полтора раза.

На первый взгляд, такие арифметические упражнения могут показаться бессмысленными. Однако от того, каким методом рассчитывается инфляция, зависит многое, в том числе бюджетные проектировки правительства. Именно к официальному показателю инфляции привязывается индексация зарплат бюджетников, пенсий, пособий и т.д.

В пресс-службе Минтруда вчера сообщили, что «Росстатом ежегодно в первых числах января до пользователей статистической информации доводится информация о фактической инфляции за прошедший год, которая и является основанием для подготовки решения об индексации страховых пенсий».

Если взять статистику за последние 13 лет, то можно обнаружить, что лишь несколько раз (в 2007-м, 2010-м, 2012-м, 2014-м) показатель инфляции, исчисляемый по схеме «декабрь к декабрю», опережал среднегодовое значение. Все остальное время декабрьский показатель был ниже, и власти ориентировались именно на заниженные данные.

Как замечает депутат Михаил Щапов, «это позволяет сэкономить бюджетные средства при расчете индексаций для бюджетников и пенсионеров»: «Для отдельного человека сумма копеечная в буквальном смысле. А вот в масштабах страны набегают десятки миллиардов рублей».

Можно привести пример. Пенсионный фонд напоминает, что в 2017-м индексация (с учетом произведенной доиндексации) страховой пенсии составила 5,8%. Власти отталкивались от официального значения инфляции за 2016 год, которое составило 5,4%, если считать «декабрь к декабрю». Однако если взять среднегодовое значение в целом за 2016-й по отношению к 2015-му, то в этом случае инфляция составляла 7,1%. В итоге власти как будто подняли пенсии даже чуть больше, чем нужно. Но по факту россияне получили недоиндексацию, так как пенсии следовало увеличить вовсе не на 5,4–5,8%, а на 7,1%.

Это не единственный пример хитростей. Когда рост цен уже по любой методике расчета стал для бюджета неподъемным, в правительстве решили проиндексировать пенсии не по фактической инфляции, а по целевой. Такая новация была испробована в 2016 году: пенсии подняли на 4% после двузначной инфляции в 2015-м. В начале 2017-го правительство попыталось компенсировать эту недоиндексацию, предоставив пенсионерам единовременную выплату в размере 5 тыс. руб.

Но были, конечно, годы, когда власти проводили полноценную индексацию пенсий и даже увеличивали выплаты с опережением инфляции. Например, так было в 2012–2014 годах. Наконец, в 2018-м страховые пенсии проиндексированы на 3,7%, что соответствует среднегодовому значению инфляции за 2017-й. Но в каждом случае более щедрой индексации это был скорее широкий жест, обусловленный, возможно, политическими мотивами, а также стремлением поддержать внутренний спрос. Сам принцип, исходя из которого индексация привязана к инфляции «декабрь к декабрю», никто при этом не отменял.

На проблему неточности закладываемых в бюджет параметров давно указывали не только эксперты, но даже те министры, которые ранее сами отвечали за бюджет. Например, в журнале «Вопросы экономики» за 2007 год можно найти статью Алексея Кудрина, в которой он призывает «для анализа и прогнозирования перейти к использованию показателя «среднегодовой уровень инфляции» вместо показателя «декабрь к декабрю». «Показатель роста индекса потребительских цен к декабрю предыдущего года имеет два существенных недостатка. Во-первых, происходит неадекватная индексация показателей бюджета. Финансирование бюджетных расходов и поступление доходов осуществляются в течение всего года, а не только в декабре. Поэтому более адекватная индексация требует оценки того, насколько цены выше цен предыдущего года на протяжении всего года, а не только за один месяц – декабрь, – пояснял Кудрин. – Во-вторых, прогнозирование показателя «декабрь к декабрю» является более сложным вследствие его повышенной волатильности. Колебание среднегодовой (скользящей средней) инфляции значительно меньше колебания инфляции по показателю «месяц к аналогичному месяцу предыдущего года».

Рассуждения об искажении можно встретить и по сей день. Например, в понедельник Аналитический центр при правительстве опубликовал доклад о динамике потребительских цен за 2017 год, в котором среди прочего было сказано, что «основной используемый официальными ведомствами индикатор инфляции – прирост цен за год к декабрю предыдущего года –  не учитывает внутригодовые колебания темпов роста цен». «Поэтому его значения для 2014 года оказываются «завышенными» (поскольку девальвация рубля и ускорение инфляции произошли в самом конце 2014 года), а для 2015–2017 годов – «заниженными» относительно среднегодовой ситуации», – уточняли эксперты.

Косвенно это признает и сам Центробанк (ЦБ) в своих материалах, уточняя, что показатель «среднегодовой скользящей инфляции» «в силу высокой инерционности менее чувствителен к разовым шокам».

Возможно, такие арифметические тонкости – одна из причин, почему у населения инфляционные ожидания хоть и снижаются, но все равно остаются высокими. Как ранее сообщал ЦБ, ссылаясь на опросные данные, прямая оценка инфляционных ожиданий населения на следующие 12 месяцев составляет сейчас около 9%.

Между тем, как пояснили вчера «НГ» в пресс-службе Минэкономразвития, «использование показателя к соответствующему месяцу предыдущего года в качестве основной оценки инфляции является международной практикой».

Эксперт Аналитического центра при правительстве Александр Голяшев вчера уточнил «НГ», что «на периоде в несколько лет и тем более десятков лет между показателями почти нет разницы: в целом за 2014–2017 годы цены выросли на 36% по показателю «декабрь к декабрю» и на 38% по среднегодовым показателям». С этим соглашается доцент Академии при президенте (РАНХиГС) Сергей Хестанов: «На сколько отклонятся результаты в один период, ровно на столько же они изменятся в обратную сторону в другом периоде. За несколько лет этот эффект взаимоуничтожится».

http://www.ng.ru/economics/2018-02-22/1_7178_inflation.html

Комментарии временно отключены до мая.

Leave a Reply