Просмотров: 4181 просмотров

Я раньше думал, что Краснодарский край — это место, где растут овощи. Так вот нет: овощи там живут

Если коротко, то в посёлке Псебай Краснодарского края 13 мая произошло зверское убийство. Наталью Дмитриеву, мать пяти детей, возвращавшуюся вечером домой, сначала били, потом насиловали, потом..

Сложно сказать, что было потом, но её нашли голой, в луже крови, с частично отрезанным ухом, с проломленной головой, с изрезанным и обезображенным ударами лицом, со следами удушения, с порванным ртом, со вспоротым животом и вывернутыми палкой через влагалище внутренностями.

Вообще-то убийства редко когда нельзя назвать «зверскими»,
но даже по меркам Краснодарского края, где в станице Кущёвской банда Цапков хладнокровно вырезали семью из 12 человек, включая малышей; где полицейский Иван Сорокоумов насиловал и убивал детей; где жила семья каннибалов Бакшеевых, делавшая селфи с отрезанными руками своих жертв, это было как-то слишком.

Рядом с трупом женщины обнаружили ещё одно тело: живое, но в стельку пьяное и по уши перемазанное в крови своей жертвы — 16-летнего подростка по имени Максим, одноклассника сына убитой женщины.

Вечером, накануне убийства, этот Максим пил-гулял в компании из семи человек в местном кафе «Ивушка», где оказалась Наталья с подругой. В какой-то момент молодые люди попытались познакомиться с дамами, те поспешили удалиться, «кавалеры» последовали за ними..

По идее, эта история должна была закончиться фразой: «все семеро арестованы и уже начали давать признательные показания под тяжестью неопровержимых улик, следователи готовят дело для передачи в суд», однако на самом деле события приняли совсем иной оборот.

Странности начались с того, что найденный на месте преступления несовершеннолетний подросток взял всю вину на себя и.. полиция ему поверила!

15 мая Кубанский СК распространил официальный пресс-релиз о том, что 13 мая в поселке Мостовском 16-летний подросток провожал домой после посиделок в кафе 40-летнюю женщину, по пути ударил её камнем по голове и задушил. Один. В уголовном деле про изнасилование и нанесение увечий — ни слова, преступление квалифицировано по ч.1 ст.105 УК РФ — наиболее мягкой.

Родственников это, мягко говоря, насторожило, и они начали собирать информацию сами. В больнице им сначала выдали справку о том, что Наталья скончалась по «неустановленной причине» и отказались предоставить информацию о задокументированных повреждениях, так как она поступила в больницу как неопознанная.

Дальше начался полный сюр: вместо того, чтобы «колоть» подозреваемого с дружками и проводить экспертизы, полиция припёрлась на похороны и, по словам родственников, запретила вести съёмку похоронной процессии.

По посёлку, разумеется, пошли слухи, что полиция крышует эту банду и хочет их выгородить, повесив всю вину только на одного. Вскипело народное возмущение, люди начали роптать.

В следующем пресс-релизе от 17 мая СК начал прозревать: «на теле погибшей обнаружены иные телесные повреждения, о которых подозреваемый не сообщил [..] для установления точной причины смерти женщины, а также характера повреждений следователем назначены судебно-медицинская и генетические экспертизы». Это через четыре дня после смерти женщины, на следующий день после её похорон — раньше как-то в голову не приходило.

18 мая в посёлке случился стихийный митинг. Это, видимо помогло, потому что в этот же день СК сообщил о задержании второго подозреваемого в убийстве Дмитриевой.

А ещё СК опубликовал вот такое обращение: «В связи с появлением в социальных сетях и средствах массовой информации множества публикаций и постов о данном преступлении, следственное управление Следственного комитета России по краю призывает всех свидетелей и очевидцев, кто обладает какой-либо информаций об обстоятельствах произошедшего, обратиться в следственные органы»

Это вообще что такое?! Как надо понимать этот текст? Что если бы в соцсетях молчали, то нахер бы никому эта информация не упала, по-быстрому закрыли бы дело и не парились? Если честно, то читать такие вещи страшнее, чем рассказы об убийствах.

Эти строки — как узенькая щёлочка в мир правосудия. Заглядываешь в неё одним глазком — и убеждаешься в том, что и так давно подозревал: правоохранительная система давно сдохла, а на её обглоданном трупе сидят какие-то упыри, время от времени выползающие к людям и делающие вид, что всё в порядке, чтобы их поганое гнездо не сожгли к чертям раньше времени.

В общем, после того, как общественность забила тревогу, СК начал изображать нечто, напоминающее работу, и в новом пресс-релизе от 21 мая, наконец, появилась информация о том, что задержанным предъявлено обвинение «в убийстве, совершенном группой лиц по предварительному сговору, с особой жестокостью, с целью скрыть другое преступление, сопряженное с насильственными действиями сексуального характера».

Какая разница? Существенная. Это уже п.«д,ж,к» ч.2 ст.105 УК РФ, которая подразумевает в том числе и пожизненное лишение свободы — в отличие от части первой с её минимальными шестью годами лишения свободы. Убитой от этого легче не станет, конечно, но других такое наказание заставит призадуматься.

И, тем не менее, в этой истории не у одного СК, который работает только от пинков, рыльце в пушку.

В посёлке Псебай живёт 10000 человек. Почти все друг друга знают. И, вместе с тем, эти несколько подростков, которых подозревают в убийстве, куролесили в нём уже давно: отбирали деньги у малышей, нападали на людей, воровали магнитолы, по слухам — изнасиловали 15-летнюю девушку.

И никто за всё это время не поставил их на место. Ни полиция, ни родители, ни односельчане. Почему? «Банда», говорят. «Держат в страхе весь поселок», говорят. Это семь сопляков теперь банда? Ну-ну. Если вы видите, что 10000 ничего не могут сделать с семью, то либо вы смотрите «300 спартанцев», либо наблюдаете за стадом баранов.

Отец арестованного 16-летнего негодяя — Юрий Бондаренко — по словам главы поселения, работает начальником отдела в компании ОАО «Апшеронск», которая занимается деревообработкой. Не высокий полицейский чин, не криминальный авторитет, не олигарх. Да если бы и был — какая разница? Что, в деревне вилы кончились?

Когда Наталью убивали, она кричала, звала на помощь. Разумеется, на помощь к ней никто не пришёл: а мало ли, почему баба орёт? Если «дела семейные» — то зачем вмешиваться, а если что посерьёзнее — то тем более не хочется влазить. Полицию и казаков в итоге, кажется, всё-таки вызвали. Но судя по тому, что успели сделать с Натальей, пока ехала полиция, в любой заварушке можно рассчитывать только на себя. Ни на соседей, ни на прохожих, ни на полицию, ни на ряженых придурков, разумеется.

И отдельный разговор — почему несовершеннолетние пьянствовали в кафе и это ни у кого не вызвало вопросов? Кто им продавал алкоголь? Почему пьяные подростки на публике — это норма?

У людей есть ответы на эти вопросы или они хотя бы их ищут. Ни вопросов, ни ответов нет лишь у тех, кто живёт как овощ: безобидно, бесхребетно, бессмысленно, бессловесно.

Видимо, давление общественного мнения всё ещё работает и заставляет СК шевелиться, поэтому сделайте хотя бы перепост, чтобы максимальное число людей узнало о происшедшем и виновники трагедии не остались безнаказанными.

Источник