1 162 просмотров

Путин помалкивает о том,как полные банкроты “куют” нам оружие победы

Последний довод «патриотов» в любом споре, с чего бы он не начинался – с прав человека, качества дорог, состояния медицины или экономики, успехов в импортозамещении или перспективах нефтяной отрасли – это мощь российского оружия. Автомат Калашникова, наш ядерный щит, системы ПВО, самолёты и танки – всё это сунут вам под нос, как только вы заикнётесь, что у нас что-то не так.

«Мы – единственная в мире страна, способная превратить США в радиоактивный пепел» – брызгает слюной телевизор. «Во всем свете у нас только два верных союзника – наша армия и флот» – любил говаривать российский царь Александр III по прозвищу Миротворец. «1941-1945. Можем повторить!» – написано на задних стёклах иномарок, принадлежащих «патриотам».

Да, повоевать мы действительно любим: Российская Федерация успела принять участи в вооружённых конфликтах в Ингушетии и Приднестровье в 1992, в 1994-1996 в Чечне, в 1999 в Дагестане, в 1999-2009 снова в Чечне, в 1992-1997 в Таджикистане, в 2008 в Грузии, с 2014 на Украине, с 2015 в Сирии.

Казалось бы, предприятия военно-промышленного комплекса в такой ситуации должны как сыр в масле кататься, создавая всё новые и новые образцы современных вооружений. На самом же деле ситуация диаметрально противоположная – ключевые, стратегически важные для обороноспособности страны компании либо уже признаны банкротами, либо находятся в процессе судебного разбирательства, либо стоят на его грани.

Ядерный щит Родины

Начнём с самого главного – с радиоактивного пепла, а точнее – с ядерных баллистических ракет, которыми мы грозим всему миру и которые обеспечивают России место в Совбезе ООН.

Так вот: гособоронзаказ на стратегические ядерные ракетные комплексы «Ярс» сорван. Из-за тяжелой экономической ситуации и проблем с кредиторами Подольский электромеханический завод не может своевременно поставить оборудование для гидравлических систем его пусковых установок.

ПЭМЗ получил аванс на 80% от объема поставок 2017 года, но закупка комплектующих вовремя проведена не была, а поставка оборудования не проводится с июня 2016 года.

Ситуация с ПЭМЗ сложная: «Ростех» владеет лишь 20,5% акций завода (основным акционером ПЭМЗ является депутат Госдумы Умахан Умаханов), все имущество и договоры еще в нулевых было переведено на дочернюю компанию ПЭМЗ — «ПЭМЗ-Спецмаш». Она обременена долгами: например, перед Сбербанком сумма задолженности достигает 1,388 млрд руб.

Кроме комплектующих для стратегических ракетных комплексов ПЭМЗ поставляет гидроприводы, гидроэлектроприводы и другие точные приборы для зенитно-ракетных комплексов С-300, ЗРК типа «Тор», «Бук», «Стрела-10», «Тунгуска» и «Панцирь». Реактивные системы залпового огня типа «Смерч» и «Ураган» тоже останутся без важнейших компонентов. Сухопутная армия потеряет грозу и гордость – ракетный комплекс «Искандер-М».

Дальше больше: в Подольске делают гидравлику для рулевых систем первой в мире подводной лодки четвертого поколения, которая должна в ближайшие годы встать на вооружение и стать основным звеном российского ядерного щита.

Для проекта 955 «Борей» («Юрий Долгорукий», «Северодвинск» и далее) на ПЭМЗ делают также гравиметрические системы и иное высокоточное секретное оборудование, без них подводный ракетоносец стоимостью в десятки миллиардов рублей слеп, глух и неуправляем.

Теоретически, можно развернуть дублирующее производство на Ковровском электромеханическом заводе. Но на это по оценкам специалистов, потребуется примерно полтора года. А с учётом особенностей национальной промышленности – от трёх лет до «никогда».

Проблемы у завода давние, начались ещё в 2006 году. Тогда процедуру банкротства удалось прекратить, получится ли сейчас – неизвестно.

Броня крепка и танки наши быстры

Ну, ядерное оружие это такая штука, которая всё равно никогда не должна быть использована. Другое дело – танки.

«Армату» помните? Ну, ту самую, которая традиционно «не имеет аналогов в мире» и глохла на репетиции парада 9 мая? Её производит Уралвагонзавод. Тот самый, начальник цеха которого, Игорь Холманских, угрожал приехать в Москву чтобы «с мужиками разогнать» оппозиционные митинги, за что получил с царского плеча должность полпреда президента в Уральском федеральном округе.

Так вот этот завод – банкрот. УВЗ должен Альфа-банку 7,8 млрд руб основного долга, 377,5 млн руб процентов за пользование кредитом, 99,1 млн руб пени за несвоевременное погашение процентов и 1,01 млрд руб пени за несвоевременное погашение основного долга. Ну и остальным кредиторам тоже должен суммы поменьше.

УВЗ это не только Армата, но и ещё около 40 промышленных предприятий, научно-исследовательских институтов и конструкторских бюро в России и Европе. Входит в ТОП-100 крупнейших военно-промышленных корпораций мира, занимает 61-е место в рейтинге мировых производителей вооружений по версии Стокгольмского института исследований проблем мира (SIPRI). Все российские танки и машины на их базе производятся на УВЗ.

Ну и, заодно, в стадии банкротства находится производитель брони для танков – АО «Волгоградский металлургический комбинат «Красный Октябрь».

В конце апреля 2016 года Альфа-банк обратился в Арбитражный суд Москвы с иском о взыскании с «Красного Октября» €18,3 млн. Финансовое положение заемщика ухудшилось, не оформлены поручительства и к предприятию поданы многочисленные судебные иски. С начала 2016 года к «Красному Октябрю» был подан 31 иск на общую сумму почти 11 млрд руб.

Взыскать с «Красного Октября» 5 млрд руб пытается его материнская структура Red October International, еще 3 млрд руб – кипрский офшор Boonvision Ltd, контролируемые бывшим директором компании.

Бывший гендиректор и собственник «Красного Октября» Дмитрий Герасименко с конца 2015 года находится в Швейцарии. Вместе с одним из топ-менеджеров «Красного Октября» он проходит обвиняемым по уголовному делу о растрате кредита ВТБ на €65,5 млн.

БМП и т.п.

Танки танками, но войну, как известно, выигрывает пехота: пришли, увидели, победили. Вот только в XXI веке пехота обычно не ходит, а ездит на боевых машинах, но нашей, видимо, придётся передвигаться по старинке – пешим порядком.

Очередное дело о банкротстве начато в отношении «Курганмашзавода» (КМЗ) по заявлению ЗАО «Хоффманн Профессиональный Инструмент». Это уже не первое заявление о банкротстве КМЗ. 18 апреля было прекращено дело о банкротстве «Курганмашзавода», поданное «Ковровским электромеханическим заводом».

Общая сумма исковых требований к КМЗ приближается к 200 млн руб Задолженность начала формироваться с конца 2013 года, проблема касается поставок оборонной продукции в рамках выполнения гособоронзаказа.

КМЗ – крупнейшее в РФ предприятие, выпускающее БМП – боевые машины пехоты, состоящие на вооружении армий почти 30 стран мира: БМП-2, БМП-3, машины на их базе, модернизированные БМП-1, БМП-2 и БМП-3, бронированная ремонтно-эвакуационная машина БРЭМ-Л, унифицированное шасси на базе БМП-3. В июне 2013 года руководство завода заявило о создании перспективной средней гусеничной платформы, получившей название «Курганец-25».

Хороши Калаши – постреляли от души

Ну и что, что пехота пойдёт пешком пешком? Зато у нас есть легендарный Автомат Калашникова, ставший одним из символов России, наряду с балалайкой, матрёшкой и водкой.

Вот только автомат у нас есть, а его производителя больше нет – в Удмуртии ликвидировано находившееся в стадии банкротства в течение 5 лет ОАО «Концерн «Ижмаш».

Концерн «Ижмаш» входил в группу «Ижмаш» и был головной компанией структуры, которая объединяла предприятия по производству продукции военного назначения.

В 2010 году ГК «Ростехнологии» провела аудит Группы компаний «Ижмаш», который показал, что ситуация на предприятии сложилась плачевная. В группу входило около сотни юридических лиц, часть из которых находилась в стадии банкротства и ликвидации. Большинство же из фактически действующих 32 юридических лиц имело многоуровневую систему управления, дублирующие функции и высокие накладные расходы.

Суммарные обязательства группы на начало 2011 года составляли около 19 млрд руб, на предприятии были задержки выплат заработной платы рабочим до полугода, изношенные производственные фонды, а уровень загрузки современного оборудования не превышал 20%.

В сентябре 2011 года в отношении «Ижмаша», как и других юрлиц группы, начали процедуру банкротства. Все обязательства, основные фонды и персонал перевели на образованное в июне того же года ОАО «НПО «Ижмаш», которое в августе 2013 года было переименовано в ОАО «Концерн «Калашников».

Бывший «Ижмаш», а теперь «Концерн «Калашников», производит не только автоматы, пистолеты, подствольные гранатомёты, снайперские винтовки и авиационные пушки, но и военные катера, а так же высокоточные управляемые снаряды.

На нем защитна гимнастерка, она с ума меня сведёт

Ну, что производителя стрелкового оружия лихорадит – не беда. На складах полным-полно старых советских «Калашей», главное – чтобы солдаты голыми не ходили, а старое оружие можно поддерживать в порядке и ремонтировать.

С этим, правда, тоже не всё бывает гладко: 29 ноября 2016 года Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленобласти признал банкротом экс-директора федерального государственного унитарного предприятия (ФГУП) «Ленинградский комбинат по ремонту вещевого имущества (ЛКРВИ) МО РФ» Сергея Кухно, который ранее был осужден за махинации при пошиве и ремонте вещевого имущества Минобороны.

ЛРКВИ занимается пошивом форменной одежды для военнослужащих Минобороны РФ, сотрудников МВД, МЧС России и Генпрокуратуры РФ. Комбинат, в том числе, шьет новую форму для военных.

Кроме того, сейчас судом рассматриваются дела о признании банкротами ОАО «775 артиллерийский ремонтный завод», АО «15 Арсенал Военно-Морского флота» и ОАО «18 Арсенал Военно-Морского флота», входящих в «Ремвооружение».

Они задолжали ООО «СПБ Строительные машины», ОАО НПО «Трансмаш-Сервис» и АО «Оборонэнергосбыт», о котором я расскажу чуть позже.

АО «Ремвооружение» занимается гарантийным и сервисным обслуживанием, модернизацией, ремонтом и утилизацией вооружения и военной техники в интересах Вооруженных сил РФ.

Только ветер шумит в проводах

Если солдаты плохо вооружены и одеты – пускай сидят в казарме. Греться, правда, им придётся дровами, потому что с электричеством возможны проблемы.

Единственный поставщик электроэнергии для Минобороны РФ – ОАО «Оборонэнергосбыт», тоже проходит по делу о признании банкротом по заявлению ОАО «Татэнергосбыт», ОАО «Читаэнергосбыт», МОЭСК, АО «АтомЭнергоСбыт» и ООО «Международный расчетный центр Энергохолдинг».

В ноябре 2015 года компания «Оборонэнергосбыт» сообщила, что в связи с неплатежами основных потребителей и населения у нее образовалась просроченная кредиторская задолженность перед поставщиками оптового и розничного рынков электроэнергии и сетевыми организациями.

Поставщики за это отключают ему подачу энергии, а «Оборонэнергосбыт» обращается в органы военной прокуратуры и антимонопольное ведомство, чтобы снова включили, а потом бежит в Минобороны клянчить денег, которые тут же уходят в неизвестном направлении.

Главная военная прокуратура (ГВП) России в июле 2015 года выявила хищения на сумму почти миллиард рублей на энергоснабжение военных объектов. Бывшее руководство «Оборонэнергосбыта» завышало стоимость поставляемой электроэнергии (на этом они украли свыше 500 млн руб) и заключали «липовые» договоры с субподрядными организациями о якобы выполненных работах по обслуживанию сетей (на ещё 400 млн руб).

Возбуждено уголовное дело, бывший гендиректор ОАО «Оборонэнергосбыт» Александр Змихновский заочно арестован по делу о мошенничестве в особо крупном размере и сейчас скрывается в Турции.

Нам разум дал стальные руки-крылья

Не задалось с наземными войсками – не страшно, выручит авиация!

Обязательно. Буквально сразу же, как только челябинский радиозавод «Полет», доведенный прежним топ-менеджментом до грани банкротства, преодолеет кризисную ситуацию (выклянчит денег) из Объединенной приборостроительной корпорации.

На этом заводе производится оборудование для всей аэродромной сети России: системы радиолокации и навигации. Без них ни взлететь, ни сесть у наших самолётов не выйдет.

К началу 2016 года задолженность ЧРЗ «Полет» перед банками и другими кредиторами превысила 1,8 млрд руб. Только за последний год рентабельность предприятия по чистой прибыли снизилась более чем на 80%, чистые активы уменьшились на 13%. У завода многомиллионная задолженность по налогам и сборам, возникли просрочки по кредитам.

А пока предприятие загибалось, его руководство успешно приторговывало земельными участками, заводскими помещениями и объектами инфраструктуры на сумму почти 1 млрд руб. И вероятнее всего, это заниженная в разы стоимость.

Ну и свежие новости: «ВЭБ-лизинг» (входит в группу Внешэкономбанка) 9 января 2017 г. подал иск  в Арбитражный суд города Москвыв отношении авиастроительной компании «Гражданские самолеты Сухого» (ГСС) на сумму 2,3 млрд руб. Третьей стороной указано ПАО «Сухой». О других подробностях пока не сообщается, но, думаю, вы уже догадываетесь, к чему идёт дело.

Врагу не сдаётся наш гордый Варяг

В общем, с авиацией непросто. Ну, возможно, с флотом не всё так плохо? Вон, «Адмирал Кузнецов» же как-то добрался до Сирии, чтобы утопить пару наших самолётов.

Правда, ОАО «Балтийский завод» (который собирался дорабатывать французские «Мистрали») сейчас тоже сейчас судится сразу по нескольким делам о признании его банкротом. Общая задолженность завода перед 65 кредиторами составляет 6,7 млрд руб.

Сейчас «Балтийский завод» строит в основном ледоколы, хотя совсем недавно делал для ВМФ Индии военные фрегаты, а в советские годы построил четыре атомных ракетных крейсера: «Адмирал Ушаков», «Адмирал Лазарев», «Адмирал Нахимов» и «Петр Великий».

Что б они не делали, не идут дела

Создаётся такое ощущение, что слово «военный» это какое-то проклятье, чёрная метка, гарантия неудач и банкротства.

Так, недавно Арбитражный суд Москвы по заявлению Центробанка признал банкротом Военно-промышленный банк (ВПБ). В ходе судебного заседания представитель ЦБ заявил, что по состоянию на 6 сентября активы ВПБ составляют 28,5 млрд руб, а задолженность – 36,9 млрд руб. Однако позднее временная администрация представила суду обновленные данные, согласно которым активы кредитной организации достигают лишь 1,6 млрд с обязательствами в 38 млрд руб.

Учредители банка – НПО «Антей» (системы ПВО, в том числе – злосчастный «Бук»), МАК «Вымпел» (наша система ПРО), СЦС «Совинтел», Довольно долгое время в капитале ВПБ участвовали предприятия оборонной промышленности, позже они вышли из состава учредителей. На момент банкротства ВПБ занимал 89-е место по активам среди российских банков.

Совпадение? Не думаю!

На самом деле ничего удивительного в происходящем нет. С начала 2014 года и в течение двух следующих кризисных лет в России обанкротилось более 25 тыс. компаний. Число банкротов превысило даже показатель прошлого кризиса, когда за 2009—2010 годы несостоятельными были признаны 24 тыс. предприятий.

Абсолютным лидером по числу банкротств стала торговля. В этой сфере работала каждая четвёртая разорившаяся компания. За первое полугодие 2016 года с рынка ушло 1,6 тыс. оптовых и розничных предприятий. Это почти на 40% больше, чем за тот же период кризисного 2009-го.

За торговлей следует строительство, операции с недвижимостью, сельское хозяйство, транспорт и так далее – страна в кризисе, так и должно быть. Промышленные предприятия банкротятся реже ровно по одной причине – их мало.

В 2008 году почти треть стратегических организаций ВПК можно было смело считать банкротами. С оставшимися ситуация была немногим лучше: только 15% применяемых ими технологий соответствовали мировому уровню, основные фонды ещё 8 лет назад были изношены на 70%, а темп обновления оборудования составлял около 3-4% в год.

И за 8 лет ничего не изменилось. Красть меньше не стали, инвестиции в новые технологии и оборудование неизменно оказывались очередным распилом, структурных реформ не было, новое поколение специалистов вырастить не удалось. Просто паразитировали на советских технологиях и разработках и всё.

Кроме того, прикрываться «стратегическим значением» предприятий ОПК всегда было очень удобно: «мы всё разворовали, а что не разворовали, то бездарно потратили, но мы же так важны для обороноспособности страны, поэтому дайте ещё денег». И давали, раз за разом.

После того, как закончился период нефтяного благоденствия, казна оскудела, а на поставку импортных комплектующих военного назначения и доступ к кредитным ресурсам были введены ограничения из-за санкций, держать на плаву всё это хозяйство стало ещё сложнее, чем раньше, вот предприятия ВПК и начали снова падать одно за другим.

Банкротство равно поражению

И что, армия теперь останется без вооружений и нас тут же завоюет НАТО? Нет, разумеется. Я что-то не заметил у границ нашей необъятной Родины враждебных полчищ, да и накопленного арсенала вполне достаточно для того, чтобы в ближайшие годы не опасаться военных угроз. Тем не менее, банкротство предприятий ВПК это и есть поражение.

Мы, как страна, продемонстрировали, что неадекватно оцениваем свои силы; что неспособны удерживать даже важнейшие из заявленных приоритетов; что не можем добиться управляемости ключевых для обороноспособности страны предприятий; что воровство у нас сильнее страха, патриотизма и здравого смысла.

На нас не нужно нападать. Достаточно просто дождаться, пока эта недееспособная конструкция сожрёт и переварит саму себя, переработав наследие СССР в офшорные счета. И это – в лучшем случае.

В худшем – в топку ВПК будут бросать всё новые и новые средства, фактически отнятые у пенсионеров и бюджетников, выкачанные из обескровленной экономики, взятые из последних резервов. Взамен мы получим сверхдорогую имитацию военной мощи, годную только для внутреннего употребления, и только приблизим закономерный финал.

Что бывает со странами-банкротами, вы знаете на примере СССР, проигравшего предыдущую гонку вооружений и многих других государств-неудачников: попытки санации, внешнее управление и, в итоге, ликвидация – распродажа или просто растаскивание на куски.

http://sturmnovosti.co/view.php?id=86800

Новости этого раздела

Похожие записи

Оставить комментарий